Кому сегодня нужен русский бунт?

Posted in Аналитика, Мероприятия and tagged .

7 ноября в лофт-баре «Псевдоним Чехова» состоялась очередная дискуссия «Интеллектуальной среды», обозначенная организаторами как «Бунт и смысл: Империя, анархия, революция, Сибирь». Предлагаем вашему вниманию некоторые моменты из выступлений наших участников, дабы передать атмосферу вечера.

Михаил Сеурко, журналист, эксперт ИС: Мы живём в такое, время, когда зайти с какой-то определенной стороны к теме бунта и его смысла сложно, учитывая, что у нас довольно разный состав участников и мнения сегодня будут сильно различаться. Поэтому, название темы мы сделали достаточно широким. Информационным поводом к нашей встрече стали подростковые теракты, которые происходили в течении этого года. В них, наверное, сложно найти какой-то один определённый, легко считывающийся, смысл, который мы могли бы принять и концептуализировать. Если теракт происходит, то за ним должен стоять определённый смысл или послание, месседж, который транслируется обществу. Один из таких страшных актов произошёл совсем рядом, в бывшем Сибирском (а теперь дальневосточном) городе Улан-Удэ. И если в недавней трагедии в Керчи ясно считывается почерк событий американского Колумбайна, то в последнем событии со взрывом ФСБ в Архангельске имеется уже политический момент.

Артём Ермаков, историк, эксперт ИС: После архангельского теракта, где было оставлено письменное сообщение, я зачитал его группе студентов с соответствующими предварительными комментариями. В результате вскрылись интересные вещи. Во-первых, несмотря на то что с момента события, прошли уже целые сутки, большинство студентов о нём не знали. Все эти разговоры о распространении «молодёжных» политических новостей в соцсетях не имеют под собой почвы. Реальная молодёжь на сегодняшний день обитает в параллельном от всякой политики пространстве. Во-вторых, несмотря на то, что послание было довольно коротким, реакция на его прочтение менялась. Когда я дал лишь предварительную информацию о том, где произошёл теракт, то, как ни странно, обнаружил глухое полуодобрение с их стороны. Однако, где-то к середине текста сообщения, точка зрения слушателей меняется. Естественно, что никто не понял идеалов анархического коммунизма. Когда же меня попросили объяснить, что значат такие понятия, как «анархия» и «коммунизм», те же самые дети стали резко против. Причём, это были далеко не дети олигархов, а, скорей, низы среднего класса. Но и им нужно имущество и порядок. Одна девочка чётко сказала: «чего стоит наше образование, если государства не будет?». Словосочетание «анархический коммунизм» у конкретной молодёжи, к которой было обращено это послание, пробудило жёсткий протест и бунт против бунта. Возникает вопрос: на кого это всё рассчитано, если молодёжь современной России так «реакционно» откликается на радикальные призывы?

Артём Ермаков: На кого же рассчитаны теракты, если молодёжь современной России не откликается на радикальные призывы?

Антон Марьясов, координатор «Левого фронта»: Бунт — это, прежде всего, радикальное решение накопившихся противоречий. Сегодня, на мой взгляд, никакого бунта нет. Если сравнивать события Архангельска и Керчи, то их объединяет разве что осознание их исполнителями своего беспросветного существования, бесперспективности будущего и невозможности самореализации как таковой. Для эффективного противодействия терроризму необходим возврат к рациональности и последовательный анализ того, кем мы являемся в этом мире. Если пустить всё на самотёк, то в ближайшем будущем мы можем столкнуться с исламским терроризмом уже на территории самой России.

Антон Марьясов: Для эффективного противодействия терроризму необходим возврат к рациональности.

В социальном смысле бунт — это реакция человека на внешнее угнетение. Будь то угнетение государством или другим человеком. Сейчас в нашей стране завершился первоначальный этап репрессивных действий и идёт волна разочарования в правящем классе как таковом. Мы наблюдаем планомерное разрушение всех имеющихся общественных скреп и активный количественный рост нигилистически настроенной молодёжи, не желающей считаться ни с чем. Государство со своей стороны совершенно не считается с мнением большинства населения принимая один непопулярный закон за другим. Создаётся впечатление, что это государство устроило бунт против населения, а не наоборот.

Сергей Кульпинов, диакон РПЦ: Когда я впервые услышал об этой дискуссии, то подумал, что всё, что мы будем обсуждать можно свести к ёмкому определению — «сытый бунт». Ещё в культовом фильме «Если…» с Малкольмом Макдауэллом был дан исчерпывающий сюжет о том, как организовать стрельбу в школе. Бунт сегодняшнего дня — это бунт людей, у которых всё есть. Я посмотрел на иркутских анархистов, которых сейчас судят за оскорбление чувств верующих. Это далеко не те люди, которым плохо живётся, и они от голода пошли свергать нашу власть или оскорблять чувства верующих потому, что довели «злые попы».

Сергей Кульпинов: В 90-е гг. самоубийства происходили от безысходности, а сейчас мы имеем дело с «сытыми бунтами».

Артём Ермаков: Марксисты признавали, что время наивысшего угнетения, как правило, не порождает радикального ответа. Настоящая социальная активность возникает в период реального или мнимого шатания системы. В Третьем Рейхе ситуация угнетения была чудовищной даже по отношению к собственным гражданам, но террористический ответ был минимальным. «Фракция Красной Армии» (RAF) в 60-х в ситуации уже гораздо более свободной Германии с гораздо большими перспективами, в том числе и для участников этой группировки, проявила гораздо больше активного насилия.

Михаил Сеурко: Возможно, запущенность в устроении жизни и наплевательское отношение к сегодняшнему дню — это наша национальная черта?

В ситуации с Улан-Удэ, Керчью и даже Архангельском власть, как цель террористов, выглядит достаточно абстрактно и «сбоку». Те же самые либеральные политактивисты, типа Ройзмана и Навального, действуют против неё хоть и не столь радикально, но более целенаправленно.

Юрий Сеурко, религиовед, эксперт ИС: После событий в Керчи наш президент произнёс очень интересные слова, которые тотчас были растиражированы СМИ. «Молодые люди с неустойчивой психикой создают себе лжегероев» — сказал Путин. Это надо понимать, как сигнал о том, что в России практически не создаётся адекватного контента для молодёжи. В 2017 году, тем не менее, вышло минимум три очень дорогостоящих по бюджету фильма («Салют-7», «Время первых» и «Движение вверх»). Несмотря на то, что эти фильмы довольно качественно созданы, интересно понять, насколько связан их смысл с современной русской жизнью. Снятые по американским лекалам зрелищного жанра эти мало правдивые фильмы вступают в когнитивный диссонанс с русским коллективным бессознательным.

Юрий Сеурко: Производимый государством контент никак не связан с реальной русской жизнью.

Артём Ермаков: Смысл бунта, лично для меня, заключается в том, чтобы ему сопротивляться. Ещё в 16 лет я определился как сознательный консерватор. Периодически, с возрастом, начинают приходить мысли, что, возможно, это была ошибка, но, так или иначе, это — небанальная позиция. Она даёт возможность любому новшеству сначала сказать «нет», а потом уже подумать, как его принимать. Согласно философии Гераклита, «война — есть мера всех вещей». Но в итоге Логос должен победить хаос, а не наоборот. В этом смысле, бунт — неизбежен, но он должен быть побеждён, усмирён, обуздан.

Юрий Сеурко: Бунт — это часть нашего бытия. По своей природе он солярен и призван разрушению закостеневших форм логоса, давая социуму возможность обновиться. Возможно, солярную энергию бунта можно использовать и в мирных целях.

Андрей Коноплёв, политолог, эксперт ИС: Представьте себе котелок с водой, в котором закипает вода. Если мы закроем его крышкой и будем держать её изо всех сил, то либо крышка отлетит нам по лбу, либо котелок рванёт и нас ошпарит — в общем всё закончится очень неприятно. Но если мы приделаем к нему носик, то получится чайник, и мы сможем кипяток наливать. Можно приделать к носику свистелку — будет весело, задорно. Если мы пар направим из носика в соответствующий механизм, то получится паровой двигатель. Вопрос такой: крышку мы будем держать или гармонизировать систему, имеющуюся энергию направлять в полезное русло?

Вячеслав Иванов, историк: В большинстве случаев бунт разрушителен и не несёт в себе ничего хорошего. Когда разрушаются уже устоявшиеся вещи, на смену им неизбежно приходит хаос. С другой стороны, застой — это тоже не выход. Как говорил профессор Дятлов: все ругают кризис, но без кризисов не бывает и развития. Все социальные противоречия, выливающиеся в противостояния тех или иных групп общества с другими группами, заставляют человечество меняться. К примеру, любой теракт ведёт в дальнейшем к повышению безопасности граждан. С одной стороны, бунт несёт смерть, с другой — улучшение системы. Он не позволяет обществу долго пребывать в застое. Вспомним, что Европа в ХХ веке ответила на коммунистические и фашистские движения реформированием рабочего законодательства и повышением уровня жизни. Государства запада стали более социальными, цивилизованными и справедливыми, а тема бунта сама надолго исчезла из повестки дня.

 

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *